- О профессоре? - переспросила Таня.
- Он и профессор и академик Российской Академии Наук.
- Помню...
- Он ещё тогда, когда я к нему ходила на консультацию с нашим Петей, на осмотре мне сказал, что у меня такая маленькая дырочка, что мне нужно самое маленькое зеркальце. Ну, помнишь?
- Помню. И чего?
- Я сегодня вся оделась для него красиво, накрасилась и пошла к нему. Я хотела попросить его, чтобы он делал мне операцию вместе с Шевчуком, по удалению мне левого яичника. У меня там киста большая, я тебе говорила. Ну, чтобы не два раза резать меня, а один.
- Ну, а он что?
- Я стояла, ждала его у его кабинета. Сначала постучала, никто не ответил. А радио, слышу, в его кабинете работает... Потом вдруг раздался такой звук, как будто что-то упало. Я перепугалась, стучу в дверь, а он не отвечает... и дверь закрыта.
- Да, что же там произошло?
- Я побежала стучать в дверь к старшей сестре. Она вышла. Я ей рассказала, что слышала в кабинете у Марченко, как будто что-то упало. Она давай стучать к нему в дверь... Он не открывает. Тогда старшая сестра вызвала охранника с ключами. Пришёл охранник, попытался открыть дверь,.. а ключ не вставляется. Видимо, профессор закрылся изнутри и ключ в замке оставил. Мы перепугались, думаем: а вдруг ему плохо, всё-таки уже в годах дяденька…
- И что дальше? Открыли Вы дверь?
- Да, он сам открыл дверь. Я уж не знаю, как там дело было... Видно, он проснулся от шума, когда мы в дверь стучали и кричали ему, как резанные. Чуть всех больных на этаже не переполошили! Смотрю, стоит в дверях, еле на ногах держится и коньячным перегаром от него разит. А на полу пустая бутылка от коньяка валяется. Видимо, это она и упала, когда я услышала грохот.
- Да, весело, - заключила Таня.
- Я хотела с ним поговорить по поводу операции, но после всего этого, мне с ним разговаривать как-то расхотелось. Ещё придёт пьяный на мою операцию и пришьёт мне пищевод к анальному отверстию!
- Да, неприятная история. Наверное, ему кто-нибудь из выписных больных бутылку коньяка подарил, его любимого, и он до дому не дотерпел. Или с женой не захотел делиться, - предположила Таня.