Таня надела чистую ночную рубашку и трусики и улеглась в постель. Она всегда одевала трусики на ночь, так как Петюня, имел привычку рано утром вбегать в палату и первым делом сдергивать с Тани одеяло и щупать ей живот. Так или иначе, опухоль у Тани была огромная, и этим, в частности, объяснялся нездоровый интерес палатного врача к Таниному животу.
На следующее утро у Тани всё болело, вдобавок ко всем этим сомнительным удовольствиям, прибавился ещё и насморк.
Завтракать было нельзя, так как назначенную доктором процедуру нужно было делать натощак.
Утром пришла сестра, чтобы забинтовать ноги Татьяне эластичными бинтами, купленными Таней накануне. Потом Таня, взяв с собой пакет с чистой простынёй, своим ходом поплелась к кабинету ангиографии и рентгенохирургии.