После ухода палатного врача, Татьяна встала с кровати с удовольствием. Она даже испытала наслаждение, стоя на своих ногах.

- Теперь можно пойти самой в туалет, умыться и почистить зубы, - подумала Таня.

Таня увидела около своей кровати стул с судном на нём.

- Нужно отнести судно Саше и заодно сказать неприятное известие о праведном гневе Петюни, - подумала она.

Татьяна, приведя себя в порядок, помыла судно и пошла в палату к калмыкам, чтобы отнести его и поблагодарить их за любезность.

- Как бы не встретиться по дороге с Петюней! - подумала Таня, выходя из своей палаты.

Но, Татьяна благополучно преодолела путь от своей палаты до калмыков.

У калмыков работал телевизор. Татьяна постучала в палату к мужчинам. Большого калмыка в палате не было.

- А Танюша, заходи, - встретил её обрадованный маленький калмык. - Тебе уже разрешили вставать!

- Да, Саш, я вот пришла отдать судно. Оно мне, я думаю, в ближайшее время не понадобится. Я его помыла. Куда его поставить?

- Да в ванную поставь около стенки.

Таня поставила судно, как попросил её калмык.

- А что ты какая-то сегодня расстроенная? У тебя болит что-нибудь, - поинтересовался Саша.

- Болит то - у меня постоянно что-то болит. Моя мама говорит, что если ты, после тридцати лет, просыпаешься утром, и у тебя ничего не болит, значит, ты уже умерла.

- Мама у тебя оптимистка! Ну, тебе то, наверное, ещё нет тридцати?

- Не скажу. Но, спасибо за комплимент. Саш, я вот что тебе пришла сказать, - начала неприятный разговор Таня. - Помнишь, Гена делал мне и Алине массаж.

- Ну, помню.

- Ну, так вот. На следующий день я не могла повернуться от боли. Мне ещё тогда сделали ангиографию, и я совсем расклеилась.

- И что?

106

=>107

На главную